А я училась у Шекспира
в осколках истину искать.
Венки сонетов - словно прядь
волос, колышущих зефиром*...

Пусть дилетантом я прослыла.
Душе томленье не познать.
Хочу я рифмами пленять
сердца изменчивого мира.

Мой пыл сомненьем не унять,
Мне Музой - Совершенство было.
Я положу венец из мирра
На белоснежную кровать...

Кто смог Шекспира прочитать,
меня не сможет осуждать.

вариация на тему 47 сонета
    
Глаза  и  сердце  создали  союз,
Моим  страстям  внимают  с  полуслова.
Когда  в  душе  играет  новый  блюз,
В  глазах  найдётся  место  для  улова.

Твой  образ, как  предвестник  торжества,
Смешались  в  нём  все  таинства  и  краски.
В  глазах  и  в  сердце  -  время  волшебства,
Друг  другу  дарят  откровений  ласки.

Воспоминаний  кружевную  шаль
Сплету  из  губ, из  глаз, укрою  плечи...
Мне  оставлять  тебя  безумно  жаль.
Моих  страстей    не  отгорели  свечи.

Глаза  закрою:  образ  твой  меня
Преследует,  реальностью  маня!

О, сладость  чувств, останься  послевкусьем,
И  не  горчи, когда  я  стану  сыт.
Сегодня  ты  в  палатке, на  Эльбрусье,
А  завтра  для  тебя  дворец  открыт.

Сегодня  ты  меня  переполняешь,
Избыток  отдаю  почти  за так.
А  завтра  жажду  жизни  отбираешь,
На    дне  души  оставив  ложь  и  мрак.

Не  вечен  миг, но  бесконечно  море,
Где  берегам  конца  и  края  нет...
К  изгнанникам, скорбящим  на  юдоли
Придёт  однажды  новых  чувств  рассвет!

Чем  холодней  и  яростней  мороз,
Тем  долгожданней  запах  летних  гроз!

Из рук Сирены выпив зелье грешно,
хранимое как мерзость в чаше зла,
метался между страхом и надеждой,
победы кубок чуть не удержав...

Мой разум тонет в омуте ошибок,
ища для совершенства уголок.
Глаза закрыты ледяною глыбой,
охвачен лихорадкой каждый вдох!

Величье зла, в тебе ищу я правду...
Чем ночь темней, тем ярче солнца свет!
Любви погибшей посвящу балладу
и заменю на розу - пустоцвет!

В пороке потеряв себя трехкратно,
Вернусь, чтоб обрести  любовь обратно!

Моя любовь на солнце не похожа,
её уста с кораллом не сравнить,
и на груди не белоснежна кожа,
и в волосах не золотится нить.

Роз из Дамасска я встречал немало,
в любимой нет и капли их красы.
В амбре её, что тело источало
ты не найдёшь божественной росы.

Её слова приятней  трелей дивных,
хотя  ей не даны таланты петь.
Она идёт, сметая всё как ливнем,
с её походкой в небо не взлететь.

И всё же я считаю без обмана,
что нет в любимом образе изъяна!

(авторское прочтение)

Не призывай доверить адвокату
твою защиту, оправданья ни к чему.
Ты в гибели безумцев виновата.
Позволь же выжить в этой битве одному?

Ты хочешь жертв? Рази меня словами,
используй силу, применяй копьё и лук,
но только не терзай меня слезами,
не доставляй невыносимо-горьких мук.

Ты знаешь, что глаза твои, как стрелы,
и ты в других стреляя с явным озорством,
отводишь взор свой от меня умело.
Щадишь? Оставить хочешь  жертву на потом?

Сочувствия и жалости не надо!
Из рук твоих и яд мне как награда!

Будь так мудра, как ты со мной жестока,
надменностью терпение не зли.
Чтоб обвинить тебя в чужих пороках,
уста не захотели, не смогли...

Скажи, что любишь, будь благоразумна,
хотя бы на словах, пообещай...
Больного, уходящего бесшумно,
надежд последних не должны лишать

В отчаянье, мой разум помутится,
в бреду наговорю я на тебя.
В миру , порой, в почёте небылицы,
поверят в ложь нисколько не скорбя...

А коль не  хочешь  этой  клеветы,
так притворись, что влюблена   и ты.

Переклад українською мовою:

Ні, мої очи кажуть - ти не гарна,
та сердце все одно до тебе лине.
І заперечувати в цьому марно,
бо ти для нього - ліпша та єдина!

Так, справді, в тебе вади є: твій голос
мій слух не пестить, дотик не хвилює,
і аромати не парять навколо.
Чекати  насолоди пира всує...

Мій розум з почуттями п'ятьма  згоден,
та сердце заперечує завзято,
як раб я чоловічої породи
до тебе прагну повсякчасно, клята!

Мене бентежить пристрасть ця, безкрая,
бо ти мій гріх й сама за це караєшь!

Глаза твердят, что ты - не божество,
полна и недостатков, и изъянов.
Но сердцу моему милей всего
в сетях быть у любовного  обмана.

Твой голос, не услада для ушей,
и осязанью,  вкусу ты не ми'ла!
И запах тела розы не свежей,
но видно есть в тебе иная сила...

Пять верных чувств и разума союз,
не сберегли меня от этой доли.
Я как мальчишка юный, а не муж,
в рабы к тебе пошёл по доброй воле.

Любовная чума тем хороша,
что кат мой знает, чем грешна душа

Вариант №2

Моим  глазам нельзя любить тебя,
Они нашли в тебе одни изъяны.
Но сердце, струны страсти теребя,
слагает мадригалы, постоянно...

Мой слух восторгом был не опьянён
услышав голос  твой. И даже кожа
когда к ней прикасаешься, как тёрн.
И  запах твой меня прельстить не может.

Мой разум с чувствами пятью един,
и убеждать бессмысленно в обратном.
А сердце вновь находит сто причин,
чтоб быть твоим слугой неоднократно.

Но наказанье это мне не тяжко,
наказан той, чья брань  милей, чем ласка.

Любовь к тебе мой тяжкий грех,
Твоё достоинство - жестокость,
к тому, кто от любви  ослеп
И сам себя толкает в пропасть.

Да, грешен я, но посмотри,
тебе ли  обвинять в пороках,
когда кораллы губ твоих
других целуют ненароком.

Законной страстью одари
Меня, как многих прочих ране.
Ты, жалость в сердце зародив,
Сотрёшь кармические грани.

Коль нет в тебе к другим участья,
Ты не найдёшь любви и счастья.

Смотри: когда заботливая мать,
является рачительной хозяйкой,
пернатое создание поймать,
пытается в пылу погони жаркой.

При этом, бросив чадо одного,
в погоне , потеряв его из виду.
Дитя вслед громко плачет для того,
чтоб миру показать свою обиду...

Так точно, ты стремишься вслед за тем,
кто убегает от тебя. А рядом
я как дитя, готов делиться всем,
лишь приголубь меня за то в награду...

Молитвами, желанное поймав,
меня  утешишь, ты потом сама...

Два  ангела  моим  владеют  духом:
один  из  них  -  крылатый  херувим,
второй  - как  безобразная  старуха,
я  между  ними  вечный  пилигрим.

Мой  херувим  красив, лучист  и  светел,
но  он  под  властью  худшего  из  зол.
Старуха,  оседлав  одну  из  мётел,
летит  на  шАбаш,  ждёт  костра  козёл...

Моя  душа  на  части  рвётся  вами.
Мне  кажется,  что  победит  -  ОНА!
Не  объяснить  ни  сердцем,  ни  словами:
что  солнце  не  прекрасней  чем  луна...

Не  разгадать  загадку  мирозданья,
и мерзость  в  нас  погубит  состраданье..!

Переклад українською мовою:

Вуста, що створені були  коханням,
Цей вирок мені винесли за щось.
"Ненавиджу!" - ти мовила с зітханням
І сонце згасло. Чи мені здалось?

Та прочитав в очах моїх страждання
Твій погляд раптом зовсім іншим став.
І вирок свій ти змінюєш негайно.
Вже ніжністю наповнені вуста.

Бо кілька слів ти додаєш до фрази.
Я з пекла  переношусь до раю.
"Ненавиджу," - ти кажеш без образи,
І знову долю змінюєш мою:

"Втрачати розум," - кажеш ти - "Не треба,
Мій друже, я ненавиджу не ТЕБЕ!"

Сама любовь благословила губы,
Что приговор мне вынесли сейчас.
"Я ненавижу! " - ты сказала грубо,
И я состарился всего за час.

Вдруг ясный день сменился темной ночью,
Из рая я спустился прямо в ад.
Но палачом ты быть уже не хочешь,
Ведь нежностью наполнен новый взгляд.

Ты фразу изменяешь по-иному,
Добавив в речь свою лишь пару слов,
И этим даришь эликсир больному,
Вновь ярче прежнего горит любовь.

Мой ангел  произносит в этот раз:
"Я ненавижу, милый друг, не ВАС!"
 

Душа моя! Вселенной грешной центр,
к  чему ты тратишь силы без остатка,
платя за внешний лоск двойной  процент,
лишая  дух последнего достатка?

Не слишком  высока цена того,
чей срок аренды ограничен в сроках?
Ты рвением достигнешь  одного:
погрязнешь в червоточине пороков.

Живи душа, направив силы все
на накопление духовных кладов.
Отступит смерти сущность насовсем
для тех, кто жизнь свою прожил как  надо...

Ты смерти  зло убей в себе за раз,
и этим вечность обретёшь для нас...

Переклад  українською мовою:

Недуг кохання лихоманкой
все спалює мене дотла.
Та марно я чекав на ганку
найкрашіх лікарів. Була

їх допомога недоречна.
Я намагався ліки сам
знайти для себе, тільки втечей
мене мій розум  покарав.

Ні, більше я йому не вірю.
Напевно марив я тоді...
Я  твердив  в пристрастному вирі,
слова брехливі та брудні.

Я клявся, ти чиста - мов сніг,
та це брехня, ти чистий гріх!

Любовный жар - вот недуг мой,
Сжигает душу без остатка.
Бороться с этою чумой,
что  зверя победить  рогаткой.

Но разум, снадобьем своим
меня от мук лечить пытался.
Сначала , был неутомим,
но вскоре в этой битве сдался...

Мне недуг мой не победить.
Ведь я, в любовной лихорадке,
утратил здравых мыслей нить,
ослеп в безумия припадке.

Я клялся, ты чиста - как снег,
Но ты черней, чем смертный грех!

Вариант №2

Любовный жар - как лихорадка,
Сжигает плоть мою и дух.
И мне одно лекарство сладко,
Но не скажу о нём я вслух…

А разум словно добрый лекарь
Меня лечить пытался вдруг.
Но без любви я как калека,
Оставь меня, мой мудрый друг.

И вот, в безумии любовном,
на исцеление не тщусь.
Я, ослеплённый страстью томной
нёс бред, теперь  его стыжусь:

Я клялся, ты чиста - как снег,
Но это ложь, ты - чистый грех!

О, горе мне! Искажены глаза,
запутавшись в сетях   любовной страсти.
Мне больше верить зрению нельзя,
И оттого  обман вдвойне  опасней.

Ведь если так прекрасно в мире то,
чем восхищался я неоднократно?
То отчего я слышу мнений сто,
что это ложь. Где правда?  Непонятно...

Но разве непреложным может  быть,
наш взгляд, укрытый пеленой печали?
И солнца лучик-тоненькую нить,
не разглядеть  за тучею, едва-ли...

Любовь, порою, искажает зренье,
чтоб милый образ выиграл в сравненьях...

Жестокая, ты смеешь утверждать,
Что я в любви к тебе не слишком страстен?
Ведь я готов и сам себя  предать,
Коль это посчитаешь ты за счастье!

Не я ли для тебя своих друзей
Готов забыть, коль ты им не по нраву?
Унизь меня, испепели, осмей,
Но не лишай прекрасных глаз  отравы.

Пороками твоими взятый в плен,
Я отрекаюсь от достоинств мнимых.
Презренный раб я у твоих колен,
Мечтаю быть тобой одной любимым.

Но нет, твоей любви не надо мне.
Ты любишь зрячих, я же слеп вдвойне!

Волшебница души, ты силой иль коварством
имеешь надо мной таинственную власть?
Зовёшь ты светлой ночь, твердишь с улыбкой хамство,
прикрыв глаза рукой, стремишься в цель попасть.

Откуда у тебя способность слыть правдивой,
храня в своей груди букет из худших чувств?
Откуда у тебя божественная сила
пороками пленять сильнее всех искусств?

Как научиться жить, любя исчадье ада?
Прости, но я в тебе не вижу светлых черт.
За все твои грехи мне ненавидеть надо,
но я стремлюсь опять быть в списке твоих жертв.

О, недостойная, во мне зажгла ты страсть,
позволь  и мне взамен твою любовь  украсть?!

Любовь  юна  и  верит  в  заблужденья,
А  совесть  снисходительно  молчит.
Терплю  твои  измены  каждый  день  я,
Других  лаская  в  пламени  свечи.

Ты  предаешь, и  я  в  ответ  из  мести
Послушен  зову  плоти. А  любовь
Трофеем  станет  в  этой  адской    смеси.
То  с  ног  собьет, то  вверх  подбросит  вновь.

Когда  же  плоть  твоё  услышит  имя
Душа  летит  в  силки  твоей  красы,
Которая  как    свет  неповторима,
Но  чьи  слова  коварны  и  пусты.

Ведь  совесть  для  любви  почти  как  мать,
Я  с  ней  готов  и  падать  и  вставать.

В любви к тебе, ты знаешь, я - отступник,
Но только ты теперь - преступница вдвойне:
Ведь ты в глазах других слывёшь доступной,
Так не положено вести себя  жене...

Ты преступила  святость клятвы дважды:
В обетах брака и в своей любви  ко мне.
Но разве это для меня так важно?
Ведь я  в десятки тысяч раз  тебя грешней:

Я уверял весь свет, что ты невинна,
С тобою рядом даже ангелы - черны.
В слепой любви не видя, половины
Твоих грехов. А ты - исчадье сатаны!

Я сам наказан был  судьбой за  эту ложь,
Считая золотом обычный медный грош...

Малыш Амур резвился как-то на лугу.
Устав, заснул, в лесов чарующей прохладе.
Прознав о том , Диана, шлёт  туда слугу,
похитить факел, что лежал на винограде

И после опускает в бездну хладных вод,
Ручья, что протекал у ног её  весталки.
И панацеей награжден людской весь род -
врачующие силы ныне в водах жарких.

Так , девственной рукой похищен дерзко был,
сердца воспламеняющий заветный символ.
А бог любви, лишившись жАра своих сил,
зажёг огонь опять  - от глаз моей любимой.

Я исцеления искал в ручье горячем,
но взгляд любимой лечит душу мне иначе...

Однажды    Купидон  в  траве  уснул  уставший.
Проказница  лесов  гуляла  рядом  с  ним
И  факел  подняла,  из  рук  его  упавший.
(Так  бог  любви  был  побежден  одной  из  нимф).

 Сердца  соединявший  свет  во  власти  дивы,
(Что  девственный  обет  дала  сама  себе),
Опущен  был  в  родник  в  подножьях  старой  ивы.
 И  волшебством  наполнился  ручей  в  траве.

Вода  в  источнике  теперь  врачует  хвори,
С  надеждой  в  сердце  я  отправился  туда,
Уже  давно  я  лихорадкой  страсти  болен.
Так  пусть  же  душу  исцелит  мне  та    вода

Вода  в  ручье  так  горяча,  что  в  горле  сушит,
Но  ей  не  исцелить    мою  больную  душу.